fi_la: (Default)
Взлет современной техногенной цивилизации, порожденный успешным развитием суперкартины науки, породил такое новое, на первый взгляд, для человеческой культуры явление, как «узкая специализация». Оно хорошо известно нам из «экономической» истории, однако до сих пор его мало употребляли, говоря о развитии культур.
Мы помним, что в свое время, именно развитие мануфактур, на которых использовался труд многих «узких специалистов», позволило значительно увеличить количество производимой продукции, в сравнении с эпохой, когда мастер самостоятельно создавал свой товар от начала и до конца.
Мануфактуры победили не в силу какой-то особенной «экономической» целесообразности, а в силу своей рациональности вообще. Ведь неудивительно, что для отдельного человека гораздо легче добиться успеха в каком-то «маленьком» деле, нежели снискать лавры в реализации замыслов, требующих разносторонних знаний, умений и навыков.
В силу этого, вполне естественным кажется успех тех, кто дробил «картины производства» на элементарные составляющие, и заставлял людей достигать совершенства в протыкании дырок, или сгибании заготовок. Узкие специалисты очень быстро начинали превосходить в своем маленьком мастерстве любого признанного мастера «общего дела», что незамедлительно сказывалось, на общем качестве и количестве выпускаемой продукции.
При этом казалось, что настоящие мастера, знающие толк в каждом из элементов производственной картины, должны будут стать реликтами, неизбежно отставая от «узких специалистов» во владении «маленьким мастерством». Этого, однако, не произошло. Мастера сохранили свое законное место, и … спасли будущее нашей цивилизации. Ведь понятно, что когда в чести «узкие специалисты», создания новых картин, то бишь новых вещей, товаров, нечего и ждать, ибо творчество «маленьких мастеров» ограничено пределами их немудреной операции.
Лишь настоящий мастер способен был окинуть взглядом всю картину, с тем, чтобы определить ее развитие в будущем.
Вместе с тем, приход «маленьких мастеров» позволил мастерам традиционным чувствовать себя куда увереннее. Теперь они могли не тратить свое время на совершенствование частных процессов, более того, они получили возможность вникать в них лишь поверхностно, ровно настолько, насколько это требовалось для установления их связей с другими элементами картины.
Результатом этого стало то, что перед мастерами открылась возможность для гораздо более эффективной работы. Помните, говоря о трех уровнях мышления, мы указывали на то, какое большое значение для творчества имеет объем тех массивов информации, с которыми приходится иметь дело мозгу. Каждый из нас, в своем мышлении, оперирует картинами. И чем больше наши картины объединяют элементов, тем значительнее будет результат, полученный нами от мозга. Объединяя элементы, мы создаем ассоциацию, актуальную для этих нескольких элементов. Объединяя же картины, мы можем получать ассоциации, актуальные для сотен тысяч элементов, составляющих основу различных картин. Установив связь между значительными картинами, мы тем самым, одновременно создаем тысячи элементарных ассоциаций.
Соответственно, возвращаясь к нашим мастерам, следует сказать, что они получили возможность отвлечься от «элементарного» уровня, и целиком сосредоточиться на работе с картинами, создавая все новые и новые сочетания. Появление этих новых масштабных ассоциаций и обеспечило развитие нашей техногенной цивилизации, которая во многом создавалась ради удовлетворения элементарной потребности человека в удовольствии.
Развитие современной науки кажется нам в чем-то схожим с развитием мануфактур. Впрочем, глупо говорить о том, что наука в этом смысле стоит особняком от других известных нам суперкартин. В развитии каждой из них мы можем наблюдать одни и те же черты. Эти черты неизбежно обуславливаются самим характером развития суперкартин.
fi_la: (Default)



Конечно, в том случае, когда «исследуемая» подобным образом культура до сих пор процветает на нашей планете, «исследователю» смогут мягко указать на его некорректность, однако куда хуже обстоит дело с культурами, исчезнувшими с лика Земли.

Человечество навсегда потеряло картины и ассоциации последних, тогда как культурологи упорно пытаются их восстановить, наращивая на уцелевшие элементы («знаки» и «символы») картины, включающие их в сегодняшнее мирочувствование, в сегодняшний мир картин культуры.

К примеру, Шпенглер очень много говорит об аисторичности античной цивилизации, и отсутствии чувства времени у древних греков. Эти его рассуждения совершенно справедливы, однако находятся целиком и полностью в рамках мира картин современной культуры. Для нас сегодняшних «время» действительно является знаковым понятием, оно включено в великое множество картин, и чувство времени пронизывает всю нашу жизнь, будь-то чувство истории, или чувство посмертной славы. Исходя из этих соображений, Шпенглер, сравнивая наше сегодняшнее представление о времени (несомненно выступающем в роли «знака») с греческим, совершенно справедливо устанавливает, что античная его интерпретация противоположна нашей. Однако, и в этом нетрудно убедиться, этот вывод, кажущийся великому философу крайне важным, не прибавляет ничего к нашим знаниям об античности. Он лишь говорит, что включение античного понятия времени в современные картины, позволяет нам судить об убожестве греческих представлений о столь важном предмете.

 

Read more... )

 


fi_la: (Default)


Постижение чужой культуры сопряжено с многократными попытками интерпретации элементов в рамках ассоциативного поля или картин исследователя. Из-за этого, проникнуть в чужую культуру оказывается чрезвычайно сложно, если вообще возможно. Но тем и хороши ассоциации, что попав в культурное окружение, человек начинает строить уже новые картины.


Надо сказать, что Шпенглер осознает и это, более того, он даже упрекает тех, кто загоняет себя в узкие рамки условно говоря «касталийского» и «экономического» подхода к истории, культуре и истории культуры.

И тем более любопытно то, какой выход предлагает Шпенглер из сложившейся ситуации. Он начинает искать в рамках различных культур и цивилизаций вещи, которые оказались бы контекстно совместимыми друг с другом. Иными, словами, он ищет элементы, которые могут быть свободно, без всякой перекодировки включены в аналогичные картины различных цивилизаций, или, иными словами, обладают способностью образовывать устойчивые ассоциации в рамках различных культур.

Исходя из изложенного ранее можно сказать, что это суть попытка обратиться к реально работающим механизмам собственного сознания, использующего принцип картин и ассоциаций.

Это ли не попытка нащупать твердую почву, и создать универсальные ориентиры для мира невещественного?

При этом и Шпенглер, и другие культурологи, осознающие некие недостатки традиционного подхода, вполне естественно исходят из того, что развесистое дерево культуры в каждом случае базируется на неких единых для всего человечества элементах, выявление которых и позволит создать ясное представление об эволюции той или иной национальной культуры, или взаимосвязи ее элементов.

 

Read more... )

 


fi_la: (Default)




Впрочем, возвращаясь к теме «родных» и «чужих» культур следует признать, что практика «возрождения» организма по его частичкам есть, очевидно, неотъемлемое свойство человеческого разума, который обнаруживая любопытный элемент, старается тут же дополнить его соответствующими ассоциациями, с целью создания новой полноценной картины.

Это происходит и в рамках культуры с «умершими» элементами, это проделывают историки и культурологи, восстанавливающие значение «фактов», «событий» или «явлений», уже давно не доступных пониманию, это делает и чужестранец в том случае, если ему не представляется возможность с головой окунуться в мир картин чужой культуры, и он вынужден использовать в качестве материала обрывочные сведения.

 

Read more... )

 


fi_la: (Default)


Мы домучали Шпенглера, убедились в том, что культуры неповторимы и самобытны, проанализировали стоительные материалы культур - картины и элементы. Теперь подведем итоги, с тем, чтобы в следующей главе перейти к разъятию культур, как трупов. Сальерианство всегда было мне по душе.


Итак, попытаюсь все же подвести наконец итоги этой многострадальной главы.

В ней мы установили, что каждая культура является, по сути, ничем иным, как коллективным миром картин общности значительного числа людей. Этот коллективный мир картин формируется за счет возникновения «общих» для того или иного круга лиц ассоциаций, благодаря которым и строятся «общие» картины.

В связи с тем, что культура является непосредственным творением человеческого разума, ее организация повторяет организацию мышления отдельного человека, основанную на принципе картин и элементов.

Существование каждой из культур связано, в первую очередь, с развитием возникающих в ее рамках суперкартин, к которым относятся: религия, философия, математика, искусство, музыка, наука и так далее. Каждая из этих суперкартин проходит определенный «жизненный цикл», состоящий из четырех примерно выделяемых этапов. Последний этап, связанный с завершением строительства суперкартины, условно можно назвать ее гибелью, правда гибелью более чем величественной. Картина исчерпывает свой потенциал развития, и сохраняется в рамках культуры уже в стабильном состоянии, продолжая однако, еще какое-то время воздействовать на развитие остального мира картин культуры.

 

Read more... )

 


fi_la: (Default)


Необходимо отметить, что и на зарождающуюся философскую суперкартину, так же, как и на картину математики, свое влияние оказали уже существовавшие картины, определив, во многом, ее характер и направленность. Неудивительно, что западная «одновременная» философия оказалась столь отличной от античной, а та, в свою очередь от арабской (вернее от той, что заявлена в качестве арабской у Шпенглера). Эти «зародышевые» различия не исчезли и дальнейшем. Они лишь увеличивались с развитием соответствующих картин в рамках каждой из культур, определяя тем самым, их неповторимое лицо.

Еще раз повторюсь, что появление указанных картин в данный период развития культуры (на чем настаивает и Шпенглер) было безусловной необходимостью, однако их «лицо» целиком зависело от двух вещей – особенностей картин существовавших до того в рамках данной культуры, и творческих порывов мыслителей, создававших те или иные ассоциации, и включавших в общепринятые картины те или иные новые элементы.

Летом происходит также и развитие религиозных картин, которые являют нам новые стадии своего существования. Шпенглер останавливает наше внимание на двух этапах – реформации, и «скудении религиозного начала».

 

Read more... )

 


fi_la: (Default)


Как нам удается понимать друг друга? Общие картины - основа общения. Чем выше уровень картины - тем большую общность людей она может связать.
 

Чем же определяется степень общности двух разных людей? Очевидно, уровнем их взаимопонимания. Ибо, чем ближе люди друг другу, тем лучше они друг друга понимают, и наоборот. Согласитесь, что вам трудно будет назвать близким человека, с которым вы с трудом сможете найти общий язык, и напротив, если ваш партнер понимает вас с полуслова – это несомненно говорит о вашей исключительной близости.

За счет чего же достигается такое удивительное взаимопонимание, да и взаимопонимание вообще? Очевидно, за счет возможно большего количества общих картин и ассоциаций. Мы уже подробно останавливались на том, как современные ученые, работая над написанием статьи или монографии, то есть, стараясь донести до коллег сущность своих открытий, уделяют много внимания привязке полученных ими данных к традиционной, устоявшейся картине представлений о той или иной дисциплине, той или иной проблеме.

 

Read more... )

 


fi_la: (Default)

Мы сами игроки в бисер. Только наши партии мы разыгрываем непублично - наедине с собственным мозгом. И чем сложнее эти партии, тем более выдающихся результатов мы добиваемся.



Сама же идеология построения партий подразумевает лишь упорядоченное накопление информации, а отнюдь не ее обработку, что является точной работой сознания по отношению к мозгу.

Таким образом, упреки, которые бросает Провинции Дезиньори, и окружающий мир в его лице, упреки в бесплодности занятий игроков, упреки в существовании запрета на творчество, совершенно необоснованны. Ибо как мы можем упрекать собственное сознание за то, что оно не может само сделать выводы, его функция в другом – оно должно готовить материалы и задавать вопросы мозгу.

И с этой функцией Игра в бисер справляется блестяще. Игроки создают развитые и многогранные картины с многочисленными переплетениями, а их неожиданные комбинации (несомненно, вызвавшие бы любопытную реакцию мозга) представляют эстетический интерес сами по себе.

 

Read more... )

 


fi_la: (Default)

 

Эффективное использование существующих картин и активное построение новых - залог успешного решения мыслительных задач на всех уровнях. Мозг слишком хорош, чтобы не использовать его полноценно.


Безусловно, рассказ о трех уровнях мышления будет неполным, если я не упомяну о том, что на каждом из уровней мышления человек может решать задачи различного масштаба. При этом на каждом из уровней можно решить задачу более значимую, чем те, что решаются на более высоком уровне.

Я упоминаю об этом затем, чтобы у читателя не сложилось впечатления, что какой-то из уровней лучше, а какой-то хуже. Их просто нельзя сравнивать, поскольку они суть отражения механизмов, предлагаемых нам природой.

Несомненно, большое значение имеет то, как человек использует тот или иной уровень мышления. Мы знаем, что чем больше человек мыслит, тем больше в его сознании живет самых разнообразных картин, тем более они насыщены элементами, тем легче ему ориентироваться в этом «виртуальном» мире.

Ведь чем больше человек погружен в проблему, тем больше «выходов» у него на каждый из элементов, тем больше ассоциативных связей существует внутри его картин. И подчас человеку образованному и думающему достаточно бывает «вспомнить» то, о чем человеку менее подготовленному приходится «думать».

 

Read more... )

 


fi_la: (Default)



Как эмоции влияют на формирование картин? Сильные впечатления - надежные якоря и картинообразующие элементы. Эмоциональная составляющая работы мозга.


 

Коль скоро мы затронули роман Манна, хочется коснуться и еще одной особенности нашего восприятия, о которой подчеркнуто говорит автор романа. Речь идет о нашем восприятии возраста героев этой истории. Писатель то и дело ловит нас, указывая на то, что дети, подростки, юноши с течением времени взрослеют и стареют, тогда как мы продолжаем считать их возраст неизменным. Впрочем, такому же искушению поддается и сам автор Торы, ведь в его скудном повествовании герои действительно практически не меняются, а возраст Иакова упоминается лишь для того, чтобы подчеркнуть его значимость. Годы не имеют значения для автора Библии. Это, конечно, просто объяснить тем, что для него, мыслящего эпохами, человеческая жизнь сжимается в один миг, однако такое объяснение не кажется нам исчерпывающим. Писатель сам поддается обаянию собственного творения. Ему самому хочется видеть Иосифа вечно молодым и прекрасным, а его братьев все теми же юношами, правда женившимися и вырастившими детей. Ему и в голову не приходит, что у смертного одра Иакова собрались уже в большинстве своем почтенные старцы, или, во всяком случае, люди в солидном возрасте.

 

Read more... )

 


fi_la: (Default)


Специфика картин заключается в том, что включенные в них элементы становятся "равноправными". И если в "реальную" картину попал "вымышленный" элемент, для нас он становится такой же составной частью, как и все остальные. И в этом смысле художественные произведения ничуть не менее легитимны, чем "исторические хроники" или данные экспериментов.



Жажда задавать вопросы и отвечать на них кажется необъяснимой, если не принимать во внимание то, что именно вопросы помогают людям общаться друг с другом, облегчают пути передачи новых знаний и догадок.

И если вопросы, которые задают мыслители наших дней, сильно трансформировались, то это не значит, что человечество вовсе отказалось от них. Ведь вопрос появляется тогда, когда ученый пишет о цели своего исследования, когда писатель интересуется мотивами поступков людей в той или иной ситуации, когда архитектор пытается «организовать» пространство. Я уже не говорю об особом искусстве задавать вопросы авторов детективных повествований, а между тем, их устойчивая и громадная популярность, есть ни что иное, как следствие неизбывного стремления человека отвечать на самые разнообразные вопросы, и разгадывать различные загадки (в скобках замечу, что очевидно этим же можно объяснить невероятную популярность в наше время многочисленных игр, связанных с ответами на те или иные вопросы – для игроков вопросы становятся своеобразным наркотиком, а ответы на них приносят ни с чем не сравнимую радость).

Вопросы до сих пор существенно помогают нам, и именно умение правильно задать вопрос не зря многие ставят выше умения найти на него ответ. Тот кто умеет задавать вопросы, тот имеет больше шансов донести до окружающих свою мысль.

 

Read more... )

 


fi_la: (Default)

Какой договор мы заключаем с собственным мозгом? Какие обязательства выполняют стороны? Какие штрафные санкции нам грозят. Научитесь работать со своим черным ящиком максимально продуктивно. Прочитайте, как это делается.




Мы сами часто не замечаем этого, хотя возможно, именно это и составляет наше главное счастье, ведь если бы мы с равной интенсивностью переваривали сообщения о строительстве новейших авианосцев, подробности технических характеристик метрополитена, рассказ о завоевании Англии Вильгельмом, и образовательный фильм, посвященный работе обувной фабрики, мы бы наверное сошли с ума. А между тем, не будь задействован в нашей голове столь сложный и столь природный механизм, нам бы, скорее всего, пришлось мириться бы с тем, что знания накапливаются в нашей голове совершенно независимо от их характера, и забываются с такой же скоростью, как и поступают. Воистину, в таких условиях никакая разумная деятельность не представлялась бы нам возможной.

 

Read more... )

 


fi_la: (Default)




Мы уже говорили о том, что воспоминания, которыми мы пользуемся, также имеют подобный комплексный вид и могут быть расчленены лишь усилием воли, и то, это расчленение выглядит лишь рассматриванием необычной игрушки с разных сторон.

Любопытными в связи с этим представляются исследования Стивена Роуза, который анализировал механизмы памяти у цыплят. Он выяснил, что достаточно большой нейронный ансамбль IMHV ответственен за выработку навыка «обучения» цыпленка не клевать горькую бусину. Удаление этого ансамбля делало подобное обучение невозможным.

 

Read more... )
fi_la: (Default)



Эту проблема волновала и философов древности и ученых современности. Любопытный подход к этой теме был предложен выдающимся физиком Вернером Гейзенбергом. Он подчеркивал, что решение лежит не в совсем традиционной, «умозрительной» плоскости:

 

Read more... )

Я уже вспоминал о механизмах, позволяющих мозгу работать со зрительными образами. Хочется вернуться к ним еще раз. Ученые выделяют в мозгу так называемые «простые» клетки, которые «отвечают» за конкретные изменения на конкретном участке сетчатки. Эти клетки достаточно жестко запрограммированы, и не могут совершать никаких иных действий, кроме тех, что заложены в них природой. Сигналы, которые эти клетки «выдают» дальше, могут быть только двух видов для каждой отдельной клетки, несмотря на то, что, производя эту информацию, они совершают достаточно сложные преобразования.

Таким образом, можно считать, что продукция «простых» клеток и является именно теми элементами, которые в конечном итоге и составляют «зрительную картину». В дальнейшем эти элементы отправляются в «сложные» клетки, которые также запрограммированы на производство определенных элементов.

Видим ли мы, в данном случае аналог принципа функционирования картин и элементов? Возможно. Однако, где провести грань между действительно элементарными «кирпичиками» и «первичными» картинами, то есть картинами наиболее низкого уровня?

Очевидно, для зрительного механизма, порогом следует считать элементы, производимые «простыми» клетками, потому что они «написаны» уже на том языке, на котором разговаривает мозг, в отличии от данных, этими клетками получаемых, однако, уже для более глобальных механизмов, например, «рецепторов рецепторов», подобные элементы не несут полезной нагрузки, оставаясь ниже уровня восприятия.

Опираясь на сказанное выше, можно сделать предположение, что некие механизмы также «производят» определенные элементы, преобразовывая при этом материалы, полученные, скажем «на другом языке».

Благодаря этому, к примеру, мир не разбит для нас на зрительные, слуховые, тактильные, и вкусовые ощущения, а представляет собой единое целое, а сны не представляются нам лишь в одном «формате» - без звуков или изображения. Некие таинственные «платы» и «провода» нашего мозга сводят воедино впечатления от разных органов чувств, формируя при этом те самые «первоэлементы» информации.

fi_la: (Default)


Добрались наконец и до основополагающей тверди всего моего построения - приниципа элементов и картин, как основного ппринципа работы сознания. Там дальше еще всяческая доказательная база будет, а ужо к части шестой - седьмой этой главки и выводы.
Читать, словом, не перечитать.


Большинство из нас воспринимает окружающий мир с помощью пяти органов чувств. Мы привыкли к этому с рождения, и считаем такое положение вещей вполне естественным. Органы чувств совершенно не воспринимаются нами, как нечто изолированное друг от друга, кроме разве что особых случаев.
Read more... )

Profile

fi_la: (Default)
fi_la

January 2013

S M T W T F S
   1 2 345
6789101112
13141516171819
20212223242526
2728293031  

Syndicate

RSS Atom

Most Popular Tags

Page Summary

Style Credit

Expand Cut Tags

No cut tags
Page generated Sep. 22nd, 2017 12:46 am
Powered by Dreamwidth Studios