fi_la: (Default)
Иногда история подкидывает забавные совпадения. Всем известно, что в Лицее, за пристрастие к известному языку, и сочинение на нем неплохих стихов, будущее солнце русской поэзии, Александра Сергеевича Пушкина сверстники наградили прозвищем "Француз", весьма двусмысленным в то время. С одной стороны, франкофония столиц в конце восемнадцатого - начале девятнадцатого столетия не вызывала сомнений, но с другой, противостояние с Наполеоновской Францией резко уменьшало симпатии к "шаромыжникам".
Прозвище, как приклеилось к юному Александру, так и отклеилось, равно, как и Егоза, Обезьяна, или любимый им самим Сверчок. Пушкин остался Пушкиным.
А вот за шесть столетий до Пушкина, маленького Джованни Бернардоне сверстники тоже прозвали "Француз". И тоже за склонность к французской, а точнее прованской поэзии. Влияние знаменитых труверов было сильно в Италии, и их стихи почитались верхом совершенства. Джованни владел и языком и песнями, и сверстников это восхищало.
Джованни был немного странным юношей, и вскоре отложил увлечения детства, вспоминая их лишь изредка, например в связи с девушкой Кларой.
А вот прозвище, данной детьми, не только прилипло, но и осталось единственным именем в жизни, вытеснив и строгое собственное Иоанн или Джованни, и отвергнутое фамильное Бернардоне.
 В историю он вошел, как "Француз", или Франческо, и Франциск, впоследствии ставший святым. И нынешний Фриско был бы банальным Сен-Джонсом, если бы в свое время сверстники не оценили знание провансальского наречия.
Такое вот скрещение судеб двух выдающихся "французов".
fi_la: (Default)
Мы, в общем, хорошо знаем историю Франциска из Ассизи. Его жизнь описана едва ли не подробнее, чем жизнь Христа. Сохранились его прижизненные портреты, а его доктрины легли в основу жизни не только ордена, но и целого направления в христианстве.
Странное превращение, необычные истории с волком из Губбио, кладбищенскими птицами или стигматами давно стали общими местами.
Мы привыкли относится к его жизни, как к сказке. Но попробуем выйти из сказочного мира, и на секунду глянуть хотя бы на один эпизод его жизни трезвыми глазами.
Итак, Франциск, уже покинувший отчий дом, и несколько лет проповедующий свою интерпретацию христианских ценностей, отправляется в Рим, чтобы получить благословение папы Иннокентия на свое служение, и, возможно, на создание ордена.
В общем, вполне себе политическая миссия. Франциск, живя в рамках католической парадигмы, не представляет себе деятельности, не одобренной римским папой. Благословение нужно и с общественной и с личной точки зрения. Не получив благословения, можно было быстро разделить участь многочисленных еретиков, весело уничтожавшихся тогда по всей Европе.
Франциск пребывает в Рим, преисполненный решимости увидеть папу и испросить одобрения, но оказывается под впечатлением от изобилия нищих в непосрелственной близости от святого престола. Как маленький ребенок, он сам начинает "играть в нищего", причем совершенно серьезно, доводя свою внешность до крайней неблаговидности.
О цели визита в Рим, он, впрочем, помнит, и попадает-таки на прием, шокируя утонченного папу грязью и прочими атрибутами нищей жизни (весьма неприглядными, как мы все понимаем).
Папа, глумясь над нищим, отправляет его пообщаться со свиньями, дескать они куда лучше подойдут ему в качестве компаньонов, чем люди.
 Франциск, не задумываясь о смысле сказанного папой, воспринимает все буквально (блаженный, юродивый, вроде московского Василия, хотя по остальной биографии и близко это не прослеживается). Послушно отправляется к свиньям, валяется в грязи, общается с хрюшками, в общем, в точности следует заветам папы.
Потом возвращается, и на голубом глазу сообщает, что проделал все, что было сказано, и хочет продолжить беседы о своем служении, ордене и прочих политических моментах.
 И тут папа, в общем лишенный сантиментов, циничный и жестокий властелин мира Иннокентий, разделывавшийся со своими политическими противниками, и прибиравший к рукам земли союзников, неожиданно вступает в диалог, и благословляет Франциска на служение в рамках создаваемого нищенского ордена. И это при том, что нищенство очень скользкая тема, в том числе для самого Иннокентия.
Сказка, конечно, хорошая. Но могло ли такое произойти на самом деле? Может в Средние века даже прожженые циники поражались непосредственности юродивых. "Святая простота" - умильно восклицает перед ужасной смертью Гус. Святая простота, думает Иннокентий, и благословляет на служение абсолютно преданного ему фанатика.
Логика Иннокентия понятна. Франциск, убедивший его самого, убедивший его окружение, несомненно харизматичен и пассионарен, а значит может увлечь народ.
При этом, Франциск абсолютно лоялен церкви, и ради папского благословения проделал немалый путь. И, самое главное, он не раздумывает над смыслом сказанного иерархом, он выполняет. Идеальный христианин. Идеальный католик. Замысел Иннокентия оправдался не вполне, хотя мощные движения вальденсов, катаров. пастушков были в значительной степени укрощены смиренной идеологией францисканского ордена. Уже потом минориты и полубратья стали значимой силой, а папский престол был унижен и стал заложником светских властей, аж до времен Иоанна 22.
Мне интересно другое. Искренне ли образованный Франциск считал, что слова папы это истина в последней инстанции, и их надо слушать беспрекословно. Это не история с волком, и не проповедь птицам. Это пример самоотречения не во имя бога, а во имя иерарха.
Если Франциск был хитер, и "посчитав" Иннокентия, разыграл блаженного, это приближает его к нам, и современным переговорным стратегиям. Тогда Франциск становится понятен, как великий переговорщик и стратег, похлеще Макиавелли.
Но если Франциск был абсолютно искренен? Насколько же лабильная должна была быть его психика. А вернее, насколько тогдашние установки людей отличались от нынешних.
Наивный Франциск - хорошая средневековая загадка. И очень интересно ее разгадать.
fi_la: (Default)
Казалось, нет задачи более легкой, чем определить, что же такое город. В нашем, славянском понимании, конечно. Город - это то, что огородили. Совместными силами оборудовали для защиты от супостата, и общественно живут за оградой. В огораживании можно найти все - и выделенную территорию, и объединение усилий разных людей, и общие цели, и национально-культурное единство, и принцип свой-чужой.
Ограда или городская стена объединяет. Построившие стену поколения сами становятся монолитнее, рождая городское сословие. Теперь мы ГОРОЖАНЕ, огражденные от бед жители, объединенные общими заботами и общими целями. Корпорация корпораций. Предвестие цехов.
Ограды и стены важная часть мифов и преданий. Китай огораживается легендарной стеной, возведенной, кажется, нечеловеческими усилиями.
Посейдон мастырит неприступные стены Трои, за которыми можно девять лет сидеть в осаде.
Афиняне ведут в Пирей Длинные стены, имеющие скорее психологическое, чем стратегическое значение.
От трубного гласа падают древние стены Иерихона.
Легенды античного мира рассказывают о величии столицы фараонов - Стовратных Фив.
Ромул безжалостно убивает Рема при попытке преодолеть стену.
Иисус входит в Иерусалим через ворота, которые потом будут заложены во избежание.
На чек-пойнте Чарли рассказывают истории преодоления Берлинской стены - главной ограды социализма.
Мифологизация городских стен - часть городского эпоса. И до сих пор стены не утрачивают своего символического значения, отделяя порой "старую" и привилегированную  часть города от остального поселения, которое может и стало престижным, но остается риш нуво в глазах огороженных аристократов.
В Таллине значимость стен ощущается особо. Старый город до сих находится практически в замкнутом кольце. Входить можно в разных местах, но везде пересекая зримую границу.
Как тут, например.

20121109_135008

Особенность городской топографии, делящая город на верхнюю и нижнюю часть, позволяет со смотровых площадок увидеть всю прелесть стены с ожерельем башенок.

20121109_143944

Вот они, в левой части снимка,идут одна за другой, украшенные декоративными красными колпаками, сроднившими прежде обособленные укрепление с обычными домами. Башенки, как нетрудно догадаться, появились сравнительно недавно - сотню - полторы лет назад, когда башни утратили стратегическое значение.
Таллин вообще может служить наглядным пособием в деле сооружения стен и башен. Вот еще один оборонительный объект.

20121109_140814

Почему же именно таллинские стены такие характерные, и заслуживают такого описания, - спросите вы. Потому что Таллин, как я уже писал ранее - типичный ганзейский город. Город не воинов, знати и аристократов, но торговцев, живших оборотами, которые обеспечивали порт и удобное географическое положение.
Поэтому в Таллине не встретишь зданий, построенных по принципу "мой дом - моя крепость".
Старые таллинские дома служили чем угодно - жилищем, складом, торговой конторой, лавкой, но никак не укреплением. Об этом можно уверенно сказать, глядя на их внешний вид.

20121110_155650

Вот оно обиталище зажиточного "датчанина" (Таллин - в переводе "датский город"). Сплющенное из-за дефицита площади, и ушедшее вверх, с большими оконными и дверными проемами, и неизменным блоком, для поднятия тяжести. Жилище купца, который, конечно, может повоевать за свое добро, но с куда большим удовольствием положиться на прочность стен и наемников.
Так что Таллин, в какой-то степени, можно считать образцовым ГОРОДОМ, в нашем, славянском смысле этого слова.
fi_la: (Default)
Я вот задумался о том, что один из моих любимых фильмов - "Покровские ворота" был снят в самом начале восьмидесятых о пятидесятых.



Момент создания бессмертного кино отстоял от показываемых событий лет на двадцать пять - тридцать. Козаков рассказывал о том времени, когда он сам был молодым,да и актеры, в большинстве своем, отлично представляли эпоху.
Это было время молодости моих родителей, которые узнавали и атмосферу и приметы той Москвы. Для них это был фильм-ностальгия.
Для меня это был фильм-сказка, где реальность трогательно переплетается с фантазиями. Фильм, который раз за разом смотришь, когда нужен глоток другого мира, других отношений, других людей. Мира, в котором подсознательно хочешь оказаться.
Сегодня на дворе уже 2012 год, а значит события восьмидесятых, и даже начала девяностых отстоят от нам почти так же далеко, как события пятидесятых от времени создания "Покровских ворот".
Восьмидесятые и девяностые дают не менее богатый материал. Рушилось общество, менялись социальные роли, в сущности, преобразовывался мир.
И сейчас, живя на соврешенно другой планете, мне было бы очень интересно посмотреть кино стилистики "Покровских ворот" о восьмидесятых. Я хочу увидеть такую же сказку. Сказку о людях того времени, живших другой, но очень понятной нам жизнью.
Интересно, такое возможно сейчас? Ведь нынче как с конвейера сходят сериалы о разных временах, над их созданием трудятся тысячи людей, многие из которых талантливы. Неужели сейчас нельзя создать фильм, который повторил бы судьбу "Покровских ворот", и стал сказкой о восьмидесятых - доброй, наивной и немного смешной. Думаю, что, как и тридцать лет назад, такая сказка собрала бы полные залы.
fi_la: (Default)
Работаю над книгой, я волей-неволей читаю различную относительно специальную литературу. Но, надо сказать, что некоторые историки, если не претендуют на нобелевские лавры Моммзена, то создают очень приличные, с точки зрения читабельности, произведения.
В частности, в очередной раз скажу добрые слова о французском медиевисте Жак Ле Гоффе. Последняя книга, с которой я познакомился - "Интеллектуалы в средние века". Содержание полностью соответсвует названию.
По хорошей традиции, Ле Гофф соединяет подробный анализ материальной стороны дела - жизни средневековых интеллектуалов-монахов, интеллектуалов-мэтров, интеллектуалов-схоластов, интеллектуалов-представителей благородных сословий, голиардов и так далее, с очерчиванием образов и идей, владевших тогда умами.
В частности, хорошо освещен процесс введения в научный оборот 13 - 15 веков античного наследия. Ле Гофф указывает и пути, по которым приходят знаменитые рукописи, и те интепретации, которые происходят. Рассказывает о работе переводческих школ, и конкретных переводчиков-мыслителей.
С другой стороны, подробно описывается процесс превращения книги из редкой и практически стационарной ценности в настоящий мануал - гибкий, небольшой, и носимый с собой.
В свое время это была революция,аналогом которой можно считать переход от стационарных компьютеров и бумажных книг к ноутбукам и планшетам.
Описываются механизмы управления и финансирования университетов, в частности, течения, связанные с усилением и ослаблением контроля церкви над этими учреждениями.
В контексте истории рассказывается хорошо, казалось бы известная, жизнь Абеляра, становящаяся в рамках рассказа куда более понятной и логичной.
Повествуется об изменении отношения к богословию, об активном проникновении логики, о причинах появления тривиума и квадривиума.
Рассказывается и о многом многом другом, на чем я не буду останавливаться - вы сами прочитаете.
Главная ценность книги в том (как в общем, и других книг Ле Гоффа), что она очень хорошо воссоздает полотно эпохи. Благодаря книге мы можем понять не только, как жили, работали и творили интеллектуалы средневековья, но и почему происходили эволюции идей. Откуда взялся гуманизм, почему заявило о себе возрождение, как в свободных дискуссиях оттачивались теологические тезисы, где появляется физика, и как изучение Библии способствовало развитию наук.
При этом, книга написана очень легким языком (ну или переведена, тут сказать не берусь), и может стать вполне приятным легким чтивом на ночь.
Короче, если в вас дремлет интерес к средним векам - пробудите его с помощью Ле Гоффа.
fi_la: (Default)
В детстве в моей голове почему-то прочно засел образ Тауэра. Знаменитое сооружение почему-то представлялось мне стоящим на острове посреди Темзы (очевидно, дань тому, что крепость должна быть неприступна), окруженным высокими стенами с башнями, которые были похожи на шахматные ладьи. Правда, башни в моей фантазии располагались не по углам квадрата, а неким случайным образом, очевидно, по принципу "где опаснее".
Сам остров в моей фантазии был схож с кораблем, застрявшим посреди реки, и попав в Рим, я был поражен, увидев очертания Тауэра моего детства в Исле Тиверия.
Разумеется, над стенами были установлены шесты, на которых, подобно пугалам колебались тела невинно убиенных предателей. Отдельные шесты были просто увенчаны отрубленными головами, что вносило некое разнообразие в композицию.
Над островом непрерырвно кружили стаи ворон (которых в детстве было немало, и которых я легко переселял в неведомую крепость). Эти вороны (не вороны, почему-то), конечно же питались развешанными трупаками и головами.
Не знаю почему, но я совершенно не ассоциировал Тауэр с королевскими покоями, исключительно с тюрьмой и местом совершения казней.
Впрочем, довольно о моих детских фантазиях, ведь представить себе нечто более отдаленное от действительности сейчас трудно.
Попадая в Тауэр, ты в первую очередь поражаешься его размерам. Первые башни строились в двенадцатом веке, а основные строения и того позднее - в четырнадцатом-пятнадцатом.
ЭТо время, когда в континентальной Европе вовсю возводятся гигантские соборы и укрепленные замки. Что же мы видим тут?



Скромнейшие по размерам башни и укрепления, и совсем небольшой "дворец", если это так можно назвать.




Представьте, что к этому времени уже существует, например, папский дворец в Авиньоне, который выглядит вот так



Контраст впечатляет, правда. На фоне миниатюрных размеров Тауэра забавно вспоминать о штурме замка Фрон де Бефа, показанного в "Балладе о доблестном рыцаре Айвенго". По всему выходит, что Ричард Первый штурмовал замок, который раз в пять превосходил главную британскую твердыню того времени.
Надо сказать, что дворец еще ого-го, в сравнении со скромными обиталищами иных монархов, селившихся прямо на крепостной стене. Все их покои размещались вот в такого размера башенках:



Кстати, обратите вниманние на примитивность кладки. Тесаный камень положен только в углах и арках, остальное пространство заполнено необработанным камнем, к тому же еще и мелким.
Вообще непонятно, как эти примитивные англичане умудрялись гонять куда более продвинутых в науке ,ремеслах и архитектуре французов в столетнюю войну.
Зато Генрих Третий вводит в обиход не хухры-мухры, а Х-стул, на котором торжественно и восседает, как рыбак какой-то (не папа римский, а простой рыбак). И все для экономиии места.



В общем, жили британские монархи в тесноты, а частенько, как мы знаем, и в обиде. Ибо доля обитателей Тауэра частенько бывала незавидной, и хаживали "лучшие люди" через вот эти вот "Ворота предателей", как положено в кандалах и прочих отвратительных атрибутах предательского состояния.



Ну и напоследок один интересный штрих. Визитной карточкой Лондона давным-давно стал Тауэрский мост, который даже хотел выкупить предприимчивый американец. И обычно мост показывают гостям города, на фотографиях и видео, как некий соверешнно отдельный объект.
На самом же деле, как мне кажется, создатели моста все-таки пытались вписать его в архитектурный ландшафт Тауэра (иначе можно было бы снести мост на полкилометра к любую сторону), и правильнее будет смотреть на него примерно так:



Видите, насколько гармонично он вписывается в архитектурный контекст. Не зря это все-таки именно Тауэрский мост. Кстати, на переднем плане можно увидеть совсем молодого ворона, которому только подрезали крылья, и который все пытался улететь.
fi_la: (Default)
Речь пойдет не о смычке, хотя о ней тоже можно было бы. Речь о Лондоне и его подходе к сохранению многовековой аутентичности при создании современного архитектурного облика.
Как мы знаем, каждый город решает этот вопрос по-своему. Где-то остался исторический центр, куда не пускают новострои. Где-то историческую часть перестраивают изнутри, оставляя фасады, а где-то разваливают все к черту, и строят офисные центры прямо на месте исторических зданий, или заключают исторические остатки городских ворот в лубочный новодел (не буду показывать пальцем на этот город).
В Лондоне все особенно. С одной стороны, есть город Кристофера Рэ, распланированный и выстроенный фактически с чистого листа, в конце семнадцатого - начале восемнадцатого века после великого пожара. Это уникальное явление в мировом градостроительстве и архитектуре, и им можно любоваться отдельно и бесконечно.
А есть часть города, не попавшая в этот план, сохранившая лишь отдельные исторические строения, и фактически "выведенная" уже в двадцатом веке, более того, в послевоенная время.
И надо сказать, что эта часть не оставляет меня равнодушной. Ведь ты идешь по вполне современным улицам мегполиса, и время от времени натыкаешься на такие вот здания - гости из прошлого.




Этот заслуженный паб, как бы обнимает современное офисное строение, а рядо активно строится еще одно. Но никому не приходит в голову избавляться от этого "реликта прошлого". И ты, как будто погружаешься в прошлое, войдя в круг восемнадцатого века, а потом покидаешь его, пройдя перекресток.
Или вот школа. Когда-то она строилась, очевидно, в строгом соответствии с городским планом, а сейчас




она стоит в некотором отдалении от улиц, посреди пешеходной зоны. Еще один привет из прошлого.
Конечно, очарование Лондона не только в этом. Город переполнен архитектурными шедеврами, достопримечательности и памятниками.
Но возможность скользить по городу, периодически заныривая в прошлое - это уникальное удовольствие которое дарит именно Лондон.
fi_la: (Default)
История с географией частенько подкидывают забавные совпадения. Я уже писал о том, что в личной тройке любимейших городов у меня соседствую Рим и Лондон. Нельзя сказать, что города сильно похожие, ну а с другой стороны, Лондон - это тот же Рим, только с лагом в пару тысяч лет.
Столицы империй, собиратели заморских диковинок, пышные, перенаселенные, напыщенные, безумно красивые. Каждый в свое время.
Сегодня подумалось, что кроме сказанного выше, у городов есть еще одна необычная общность. Каждый из городов в свое время поразила масштабная эпидемия, причем, что в Риме, что в Лондоне уже не знали, как бороться или куда бежать от напасти.
И в одном и в другом случае города выручили ангелы. Такая уж ангельская доля (а вовсе не коньяк из бочек хлебать, как вы могли подумать из заголовка). Ангелы, надо сказать, медики еще те, и с проблемами крупных городов справляются блестяще. А благодарные жители ставят памятники.
В Риме на гробнице Адриана:



Ангел уморился, и вкладывает меч в ножны, но болезнь уже побеждена, а замок с фигурой наверху теперь всегда будет именоваться Сант-Анджело, и станет одним из красивейших мест вечного города.
Лондонскому ангелу повезло чуть меньше (или чуть больше, смотря как взглянуть). С одной стороны, поставили его в самом людном месте, да еще и отлили из дорогущего и экзотического алюминия, чтобы блестел:




А с другой, изобразили в разгар трудом праведных, с луком наперевес (интересно ангелы все-таки с вирусами боролись, кто мечом, кто луком), отчего ангела (аки лорда Шефтсбери) все стали Амуром кликать, за чрезвычайное сходство. И теперь кажется, ничего ангельского на Пикадилли-серкус не осталось, одни лишь любовные интрижки несерьезные.
Но мы-то с вами знаем, что каждого из героев смело можно записать в " какой-нибудь ангельский полк".
Такие вот ангельские истории рождественских праздников.
fi_la: (Default)
Поскольку среди моих читателей немало библиофилов, стилистов, да и просто редакторов, думаю, что вы сможете помочь мне с ответом на интересующий меня вопрос.
Как я уже писал ранее, я сейчас работаю над художественной книгой, действие которой проходит в далеком тринадцатом веке во Франции (ну и еще некоторых странах).
Иногда мои герои что-то говорят (это не очень оригинально, но помогает развитию сюжета). Так вот, мой герой сегодня решил скаламбурить, и я крепко задумался, может ли средневековой герой употребить в своей речи само слово "каламбур".
Конечно, в данном конкретном случае, можно заменить "каламбур" на универсальное французское "bon mot", но меня больше интересует допустимость модернизации речи в принципе.
Как вы считаете, допустимы ли в таких текстах, заведомые анахронизмы, и можно ли ради красного словца употреблять слова, которые войдут в обиход спустя столетия после описываемых событий.
Буду благодарен за ваши комментарии.
fi_la: (Default)
В Стамбуле действуют очень интересные законы. Скорее всего, это общетурецкие законы, но других городов я не видел, и могу судить только по Стамбулу.
В общем, если дом (с участком) был по каким-то причинам заброшен хозяевами, то государство ждет то ли сто, то ли сто пятьдесят лет повления наследников, которые могут немедленно вступить в законные права. Если в этот срок претенденты не обьявятся, государство само вступает во владение строением и участком.
Закон интересен сам по себе, но особую пикантность придают ему турецкие реалии. Как известно, Константинополь-Стамбул всегда был неспокойным городом. Его многонациональность периодически оорачивалась проблемами то для одной, то для другой общины.
В результате, нередко, семьям приходилось бежать из Стамбула, захватив с собой лишь самое ценное. Дома, естественно, заколачивались и оставлялись, со временем попадая под действие упомянутого закона, и, соответственно, защиту государства.
В результате современный Стамбул полон призраков. То покосившиеся деревянные стены нарушают идиллию богатого коттеджного поселка, то невесть откуда взявшийся огромный заброшенный дом, разбивает офисный городок, а то и между двумя рядом стоящими современными домами, как паста из тюбика, выдавливается вверх остов старенького родового гнезда.
Призрачные постройки преимущественно деревянные, что создает особый контраст с городом из стекла и бетона, отстроенного вокруг.
Я впервые увидел такое количество призраков, и надо сказать, зрелище по своему прекрасное и завораживающее.
fi_la: (Default)
В истории для меня самое интересное - понимание, как мыслили люди прошлых эпох. Реконструкция, воссоздание, понимание. Череда исторических фактов чертовски скучна без их понимания. Да и причинно-следственные связи, выстрооенные с точки зренияповедения современного человека частенько кажутся мне надуманными.
Что на самом деле двигало людьми былых времен, и как они воспринимали себя и окружающий мир - вот что интересно. Не нарастить на древнюю черепушку мясо и кожу по методу Герасимова, а заглянуть внутрь этой самой коробочки.
Естественно, люди, ковыряющиеся в истории с этой же целью, вызывают мой живой интерес. И вот одна зарисовочка.
Как вам наверняка известно, фабула романа "Имя розы" лихо закручена вокруг цепочки убийств, происходящих в аббатстве. Без этого стержня у Эко не получился бы увлекательный детектив, а книга не стала бы бестселлером. Ведь, согласитесь, рассуждения о маргиналиях или специфике храмовой скульптуры и декора большинство читателей пропускала, как пропускали школьницы батальные сцены "Войны и мира".
А вот убийства и расследования в стиле лучших мастеров жанра - это да, приковывает внимание. Но сегодня детективная компонента интересует меня немного в другом аспекте.
Эко строит основную коллизию на том, что аббат, доподлинно зная обстоятельства гибели иллюстратора Адельма, и все сопутствовавшие этому обстотельства, не делится важнейшей информацией с Вильямом Баскервилем, уповая на то, что отсрый ум британца сам справится с загадкой.
С каждым днем положение аббата становится все хуже и хуже губернаторского (если позволите такой каламбур), однако он вплоть до своей ужасной гибели так и не решается рассказать брату Вильгельму важнейшие сведения.
Не делает он это, потому что правда открылась уважаемому Аббону к ходе исповеди, тайну которой монах так и не нарушил.

Конечно, вполне может быть, что в угоду сюжету, Эко перегибает палку, и восприятие тайны исповеди не было столь суровым и однозначным, смыкавшим уста даже под угрозой краха привычного мира (а аббат отчетливо понимал, что промедление Вильгельма грозит ему потерей аббатства).

Но я не склонен упрекать знатного медиевиста в спекуляциях. А теперь представьте себе, как эволюционировало сознание человека. Сегодня сохранить нечто втайне практически невозможно, какие бы обещания и клятвы не давал новый носитель тайного знания.
Мы привыкли в тому, что все, что известно двоим - известно всем.

А мир средневекового монашества не одну сотню лет держался на том, что старшие братья, наделенные правом исповедовать, хранили в строжайшей тайне информацию, которой им ой как хотелось поделиться. Кажется, что мы должны понимать европейцев, живших шестьсот - семьсот лет назад очень хорошо. Культура, цивилизация, иная общность. А на деле, такая простая ценность (и моральное обязательство), как тайна исповеди нам совершенно непонятна.

Скажите, приняли бы вы в расчет допущение, что человек, жизненно заинтересованный в распространении информации, оставил бы ее при себе, не сдерживаемый юридическими нормами, а лишь нравственным законом?
Как мы знаем, аббатство полностью сгорело, аббат погиб, а Вильгельм, хоть и разгадал загадку, не сумел спасти утерянное сочинение Аристотеля. Интересно, возможно было бы такое равзитие событий в современном мире. И еще интереснее, насколько верно Эко проник в головы средневековых монахов.
А как вы думаете? 
fi_la: (Default)

Одним из самых милых образов, преследовавших меня во Франции стал вот этот "святой дикобраз".





Умильная тварюка в короне встречается в Шомоне, Шамборе, Блуа, соперничая с другими интересными зверями. В Блуа вообще можно было наблюдать великую битву саламандры и дикобраза. С саламандрой все было понятно - символ Франциска 1-го. С дикобразом ясности было меньше.
В Амбуазе, к примеру, в его честь даже были названы одни из ворот.
Интернет подсказывает, что дикобраз - животное Людовика 12-го. Но это досточтимый монарх не имел отношения ко всем замкам, где приветливо улыбаясь нас встречает колючая эпическая свинья. 
А это значит, что в средние века Францией на самом деле правил тайный орден Святого Дикобраза, который выборочно метил королевские замки, подчеркивая собственное могущество.
Торжественно обещаю до конца года рассказать об обществе Святого Дикобраза, и поведать о их мистериях, иерархии, а также влиянии на мировую историю.
Эта тайна должна быть и будет раскрыта.
fi_la: (Default)

История сложная наука. Иногда кажется, что науки и нет вовсе. Сиди и описывай. И правда, описательная часть дается проще всего. Ну еще элементарные сопоставления. Иногда кажется, что красивые истории и есть история. Но на самом деле, история - это попытка заглянуть в головы людей из прошлого, понять логику их поступков, склад мыслей, культурные и социальные установки.
Ведь истории на самом деле, наверное, не очень интересно когда произошла та или иная битва и кто ее выиграл. Истории важно почему пришли в движение массы людей, что они думали, как выражали свои чувства.
Истории интересны процессы, приведшие к созданию культурных ценностей, парадигм, религий, установок. И процессы эти никак не понять без проникновения, погружения вглубь веков.
Человеческая память коротка, и культурные разрывы происходят едва ли не каждые два-три поколения. Как же постичь то, что было десять и больше поколений назад.
Возможно, это чудовищная спекуляция, но мне кажется, что погрузится в историю можно физически поприсутствовав в неких сквозных местах. Местах, сохранивших свой облик на протяжении последних пятисот - шестисот лет.
Это похоже на какое-то медитативное упражнение. Ты садишься, смотришь вокруг - на стены собора, монастыря, замка, погружаешься в рассказы и предания минувших дней, и вокруг начинают возникать фигуры из этого самого прошлого. Живая история с живыми людьми возникает в твоей голове.
Очевидно, человеку мало только читать или слышать для того, чтобы воссоздавать картины. 80% информации мы получаем через зрение, и для того, чтобы начать восстанавливать нам надо видеть.
Мы представляем себе книги, но если видим место действия, то начинаем представлять совсем по-другому. Так же и тут. Мы пытаемся понять людей, а не видим где они жили, и что видели каждый день. И только приходя в такое место, мы начинаем воссоздавать и повседневные и праздничные эмоции.
Я люблю сидеть в таких местах, погружаясь в историю. И люди из прошлого постепенно начинают окружать меня, вовлекая в свой мир.
Наверное, это одно из самых интересных исторических занятий.
Вот например, место, в котором невозможно не представить себе ярких событий прошлого - внутренность реймского собора.




fi_la: (Default)

Я люблю смотреть всяческие производства, мне бывает интересно даже увидеть офисы или фабрики известных компаний снаружи. А уж если компания с глубокими историческими корнями, и ты понимаешь, что производственная площадка стояла здесь и сто и двести и даже немного больше лет назад. Что менялись улицы, кареты уступали место автомобилям, проходили войны, а в этом месте все время делали один и тот же продукт.
Как я уже говорил, в Реймсе такого предостаточно. На снимке за моей спиной предприятие  шампанского дома "Вдова Клико".






К сожалению, по понедельникам экскурсии на завод не ходят. и пришлось ограничиться лицезрением исторических стен. Зато удалось побывать в подвалах Тэтанже. Не так исторично, но все равно интересно. Об этом напишу отдельно.
fi_la: (Default)
В детстве у меня была такая замечательная книжка неизвестного иностранного автора. Там было много всего интересного и поучительного. Думаю, большинство историй были выдуманы, но кто ж теперь разберет
По итогам вчерашнего матча, можно было бы написать несколько историй в том стиле.

Например, такую
 

"Гном"

Ганс не в первый раз был на футболе. С красно-белыми цветами он познакомился еще в коляске, ведь все игрушки папа покупал исключительно в магазине "Баварии". Потом, осознав что такое телевизиор, маленький Ганс, вместе с папой внимательно следил за играми мюнхенской машины.
Наконец, ему исполнилось три, и они пошли на стадион. Ганс пытался узнать среди игроков, тех, кого он уже запомнил по плакатам и постерам, украшавшим комнату. Но сидели они далековато, и лиц было не рассмотреть. Тем не менее, Ганс старательно повторял за стадионом охи и ахи, а также увелеченно кричал фамилии игроков, убегавших в атаку или забивавших гол.
Через несколько месяцев Ганс уже освоился, и по расстановке, манере бега, характерным жестам и прическам, узнавал кумиров.
В феврале папа решил отправится в Милан на важнейший выездной матч, и впервые взял Ганса с собой.
На чужом стадионе болельщики Баварии сидели очень высоко, огороженные железной решеткой, и Ганс с трудом узнавал игроков.
На дальнем фланге он заметил человека, которого никогда не видел раньше. Человек был очень странный, и больше походил на гнома из книжек Ганса.
Невысокий, ссутуленный, лысый, он коряво ходил по полю и нелепо размахивал руками, отмахиваясь, как показалось Гансу, от невидимых мошек. Гном показался Гансу несуразным и недостойным. Он не должен был играть в красной футболке, теряясь на фоне красавцев-атлетов. Кроме того, гном не нравился Гансу тем, что постоянно выражал свое недовольство происходящим.
Ганс уже собирался спросить папу, когда же этого противного гнома уберут, как вдруг к нему попал мяч. Мяч прилетел через все поле, и, как показалось Гансу, должен был отскочить от гнома в аут. Ганс не мог представить, что неуклюжий человечек сможет обработать мяч, летящий чуть выше колена.
Но гном присел, и мяч мягко лег перед ним на землю. Дальше Ганс увидел чудо. Гном вдруг сбросил неуклюжую маску, и в два шага оторвался от защитника, стоявшего рядом, потом резко переложил корпус, и ушел еще от одного. Поднял лысую голову, и точно навесил на Гомеса, вбегавшего в штрафную. Гомес промахнулся. Ганс проводил глазами мяч (пока он видел на поле только мяч), и с интересом посмотрел на фланг. Гном как и раньше неуклюже вышагивал вдоль боковой линии, нелепо размахивая руками.
На несколько минут Ганс забыл о чудесном преображении и о лысом гноме. Но вот мяч опять пришел направо, и опять случилось чудо.
Чудо повторялось еще и еще раз. Ганс не жалел ладошек, аплодируя этого непонятному игроку, которого, как сказал папа, звали Арьен. А когда в самом конце матча гном получил мяч, и побежал с фланга в центр, Ганс неожиданно сам для себя закричал "гооол", и сектор удивленно посмотрел на мальчика. Ганс не понимал почему, но был уверен в том, что гол случится. И через секунду гном пробил так, что блестящий вратарь соперника отбил мяч перед собой. Крик Ганса подхватил немногочисленный гостевой сектор...
По дороге домой Гансу снились сны про маленьких неуклюжих гномов, которые ловко орудуя мячами, разносят в пух и прах вражеские армии.


"Загадка Леонардо".


Леонардо понимал, что его крики и скачки выводят из себя резервного судью, но ошибки центра защиты бесили его так, что он забывал об имидже.
Отвернувшись от поля он бросил взгляд на ложу руководства. Спортдирекция была в сборе, и Лео моментально вспомнил себя, молодого, патлатого, безбашенного.
Мальчика, который приехал в составе команды в турне по ИТалии. Ему тогда было семнадцать, может уже восемнадцать. Совсем зеленый. Финтить умел, славился неуступчивостью, а вот в голове гулял ветер. Очередной товарняк Леонардо отсидел в запасе, и старшие товарищи, во главе с Бранко, потащили его в ночной клуб.
Пить маленький бразилец боялся (с ним уже произошел неприятный инцидент в начале турне, после которого тренер сказал, что еще один загул, и Лео останется в Италии без выходного пособия), а вот на девушек смотрел с большим интересом. Итальянские красотки отвечали умильному бразильцу взаимностью.
Из клуба Лео уехал на малюсеньком чинквеченто Паолы Раннокья (тогда он этого не знал, конечно. Паола и Паола - красотка без комплексов). Девушка тоже не запомнила фамилии Лео. Ей и в голову не приходило, что она соблазнила будущего тренера всех миланских команд.
В гостиницу Лео вернулся утром, с трудом успев к завтраку, но алкоголем от него не пахло, и тренер проявил снисходительность.
Прошло пару лет, и Леонардо стал несколько более известен. Известен настолько, что письма с адресом "БРазилия, "Сан-Пауло", Леонардо" начали находить адресата. И в один прекрасный день, придя на базу, он застал хохочущий персонал, который и поздравил Лео с тем, что в Италии у него растет сын Андреа.
Леонардо много играл, стал чемпионом мира, не забывал и о сыне, передавая Паоле деньги. В какой-то момент Леонардо посоветовал отдать малыша на футбол - чего зря генам пропадать, сказал свежеиспеченный чемпион мира, считавший себя великим.
Андреа рос, превращаясь в профессионального футболиста, Леонардо играл в Милане, поселившись там окончательно.
И вот, придя тренером в Интер, Лео обнаружил, что Бранко, разыскавший его когда-то у Паолы, уже забрал Андреа под свое крыло, и недвусмысленно предложил ставить парня в основу.
Обо всем этом Леонардо успел подумать, глядя на оноре россо, потом скользнул взлядом вдоль поля, увидел рекламу презервативов и тяжело вздохнул.
Раноккья продолжал чудить почти до самого конца, пока его травма не избавила Лео от моральных терзаний.


А вообще матч получился великолепным. Команды вновь сыграли, как в финале, только раскрепощеннее. Великолепная игра вратарей не дала счету дорасти до крупного (особенно хорош был Крафт - вот где смена Канну выросла), а результат оставляет открытым вопрос о победителе пары.
Немцы вновь выиграли в концовке, Интеру на сейчас не повезло.
В результате Италия получила удручающий результат в Лиге Чемпионов - три домашних поражения. Посмотрим, сможет ли кто-то проползти дальше. 
fi_la: (Default)
Вчера думал выложить тут еще историю киевского ЧГКшного клуба (или движения, если угодно). Но перечитал и понял, что ностальгично это будет для пары-тройки человек. Остальным эти реалии вообще ничего не скажут.
И подумалось еще, что я, наверное, не совсем нормальный. Почти все, кто играли в эти игрушки в Киеве в начале девяностых, давно ушли из процесса. Стали серьезными дяденьками и тетеньками,бросили дурацкие забавы молодости.
А меня как затянуло, так и не отпускает. До сих пор получаю удовольствие и от процесса и от результата. Вот еще и на квест подсел.
Чудно выходит. Пора бы остепениться, а не получается.
Как думаете, это лечится?
fi_la: (Default)
Постигая историю, мы сталкиваемся с живым развитием обществ, культур, цивилизаций. Великие умы пытались отыскать закономерности, создавая стройные или притянутые за уши гипотезы. Некоторые гипотезы, как-то положено, носили прогностический характер. Более того, мы сами долго жили в стране, созданную в результате эксперимента по доказательству верности одного экономического учения (не знаю, остались ли сейчас эти буквы, но раньше в атриуме музея Ленина, вокруг статуи вождя, была написана фраза, будоражившая мое детское воображение - это была цитата из Ильича "Учение Маркса всесильно, потому что оно верно". Я думал о том, почему верность учения делает его всесильным - как джин, или как бог. Пытался сделать инверсию - верно, потому что всесильно, короче много думал об этой фразе).
В чем-то Маркс был прав. Находят свои доказательства гипотезы Тойнби, Шпенглера, Гумилева и других культурологов. Но современный мир скорее оправдывает худшие предсказания того же Шпеглера и Фукуямы. Культуры пришли к завершению, история закончилась.
В Египте мы не наблюдаем никаких исторических событий. Мы наблюдаем обычные бандитские стычки, которые приведут лишь к локальному перераспределнию материальных благ и массовым убийствам.
Будучи в Египте, я поражался тому, как власти умудряются держать видимость контроля над страной. Большие пространства, многочисленное население, и абсолютная правовая анархия. Даже не верилось, что я нахожусь с декорациях не просто высокоразвитой, а строго структурированной древнеегипетской цивилизации.
И вот крышка котла начала подниматься. Оружие есть, ценность человеческой жизни минимальна - египетское государство вступило в пору мародерства. Ничего исторического, ничего значимого. Обычный вандализм, который, к сожалению, не обернется развитием новой цивилизации.
Ну и похоже на некоторое время всероссийская здравница закрылась на переучет. Еще и Израиль явно зацепит.
fi_la: (Default)


Наше восприятие истории. Как ибавиться от стереотипов? Как избежать влияние наблюдателя, его парадигм и его картин. Это не удалось Шпенглеру. Может, удастся нам.


Сегодня, особенно после откровений теории относительности, эти споры кажутся нам архаичными, однако не стоит забывать, что культурология и сейчас пытается смотреть на деятельность человека через призму ярлыков, а также представлений сегодняшнего дня.

Культура принуждена, сталкиваясь с неизмеримым многообразием явлений, создавать алгоритмы, которые могли бы помочь понять их все.

Люди, создающие алгоритмы, при этом, также ничуть не свободны от стереотипов, и предвзятого взгляда на мир. Каждый из культурологов видит мир таким, каким он представляется ему с точки зрения его собственной культуры. Общество и сейчас навязывает нам точку зрения на все вопросы.

Мы и сейчас руководствуемся общественным мнением для того, чтобы понять, что хорошо, а что худо. И стоит этому самому общественному мнению посчитать, что стекляшка – это неописуемый красоты бриллиант, и наоборот, как мы радостно начинаем повторять это.

 

Read more... )

 


fi_la: (Default)


Наткнулся в блоге "Интересного Киева" на эту фотку, и предался воспоминаниям.





В год, когда была сделана фотка, я "гулял" в коляске внутри и вокруг замечательного строения едва ли не каждый день. Потом я делал там первые шаги, потом самозабвенно предавался детским забавам на площадке с нехитрыми горками и стенками, расположенной со стороны, противоположной фонтану.
Но, забавляясь на площадке, я нет-нет да и подходил к древним стенам, и, на удивление хорошо для себя сегодняшнего запомнил их. Кладку, странные металлические балки посредине, какое-то кольцо.
Я не понимал, какими были эти ворота когда-то, я не воспринимал их ни как защитное сооружение, ни как "ворота города". Я понимал только, что это кусочек чего-то очень старого, как София, внутрь которой меня тоже водили...
А потом, когда я уже учился в школе, кто-то почему-то решил, что в "юбилею" Киева, древность надо спрятать, "похоронив" под лубочным новоделом.
И когда, с одноклассниками я ездил на экскурсию с посещением "Золотых ворот" и экскурсовод взахлеб рассказывал об уникальной реконструкции и восстановлении исторического вида ворот, таких, какими их видели киевляне бог знает сколько веков назад, я отстал от общей группы и подошел к камням, которые я знал с детства, и которые теперь были спрятаны в глубине монстра. Я их потрогал, и попрощался что ли, по-детски, наивно.
Но, кстати, с тех пор я ни разу не был внутри новодела, и не приветствовал камни детства. Да и не знаю пускают ли вовнутрь сейчас.
Я до сих пор не понимаю, зачем были возведены бутафорские ворота. Никто в Риме не отстраивает Аргентину и не восстанавливает "как было" Форум. В Иерусалиме никому не приходит в голову сделать "историческую реконструкцию" Голгофы или Второго Храма.
В Египте не выстраивают заново величественный карнакский храм.
Везде древностям дают возможность смотреть на нас в первозданном виде. А нам прикасаться к действительно живой истории.
Почему же Киеву необходимо спрятать свои немногочисленные древности, убрать их с людских глаз, погребя под чудовищами из строительного папье-маше?


Old soccer

Jun. 30th, 2010 12:25 am
fi_la: (Default)
В Риме, неподалеку от пьяцца дель Пополо, совершенно неожиданно обнаружился потрясающий магазин. Называется он Old soccer и продает товары одноименной фирмы (первый рпаз услышал о ее существовании).
Как нетрудно догадаться, фирма специализируется на предметах, связанных с футбольной историей. Приобрести можно старые мячи, гербы команд серии А, раритетные кепки и так далее.
Я, к примеру, обзавелся двумя уникальными футболками с эмблемами чемпионатов мира 1934 и 1938 годов соответственно (эмблема первого чемпионата мне не очень понравилась, но и такая футболка там была). Красота, и как сейчас модно говорить "винтаж".
Но самое интересное не это. Самое интересное - это реплики (полноценные, с воспоризведением кроя и материалов) исторических футболок знаменитых клубов и сборных. В частности, можно купить реплику футболки, в которой Пушкаш играл в 1954 году, реплику футболки "Космоса", принадлежавшей Пеле. Интересно было посмотреть на ретроспективу футболок немецкой команды, вплоть до эксзепляра со свастикой, датированного 1938 годом.
Я разжился футболкой "Ювентуса" 1930 года, еще со старой итальянской символикой, и отхватил шикарнейшую футболку Льва Яшина образца 1958 года (да, да черную, с надписью СССР), приведшую меня в совершеннийший восторг.
Но совсем в экстаз я пришел, когда увидел футболку киевского "Динамо" (потрясающе) с синей диагональю. К сожалению, этой футболки не было в моем размере, но сам факт динамовской обновки в итальянском магазине меня впечатлил.
Так что любители футбольных раритетов, случится вам бывать в Риме, выходите на дель Пополу, и пройдите метров сто по улице, которая справа огибает правую церковь (если стоять к ним лицом). Даже если вы ничего не купите, экскурсия вас ждет незабываемая.

Profile

fi_la: (Default)
fi_la

January 2013

S M T W T F S
   1 2 345
6789101112
13141516171819
20212223242526
2728293031  

Syndicate

RSS Atom

Most Popular Tags

Style Credit

Expand Cut Tags

No cut tags
Page generated Sep. 21st, 2017 03:15 am
Powered by Dreamwidth Studios